Институт физкультуры на карте москвы

Институт физкультуры на карте москвы ощущал присутствие

Знакомства

До этого Константину Тимофеевичу и в голову не приходило, что обычный кирпич тоже может гореть. Взрывом вышибло крышу, как пробку из бутылки с шампанским. Институт лишился почти всех стекол. Константин Тимофеевич был дома, когда это произошло, - отсыпался после ночного дежурства. Проснулся, будто кто под бок толкнул.

Еще ничего не понимая, сел, прислушиваясь к тому, как где-то внутри защемило вдруг от страшной пустоты. Поднял трубку телефона и, подержав, осторожно опустил ее на рычаг. Сгорбясь, ждал звонка. И когда телефон взорвался длинной трелью, институт физкультуры на карте москвы удивившись, поднял трубку, выслушал дежурного, голос которого срывался в крик, оделся и вышел на улицу. Специальная комиссия, разбиравшая причины аварии, пришла к выводу, что произошло невероятное совпадение целого ряда случайностей.

Один шанс на миллион. И этот шанс выпал. Уроки были извлечены. Агафон, в отличие от предшественника, помещался глубоко под землей. По настоянию комиссии было обеспечено даже резервное питание, в пользу которого, впрочем, создатели установки не особенно верили. - Сохранность стекол гарантирована, - невесело шутили. В случае аварии структуру СПС-2 ничто не могло бы спасти.

За сотые доли секунды, которые требовались автоматике, чтобы перевести установку на резервное питание, весь труд лаборатории аналоговых систем пошел бы прахом. Константин Тимофеевич вздохнул институт физкультуры на карте москвы прежнего. Обстановка последних дней была напряженной. Агафон отказывался решать задачи.

Установка исправно поглощала энергию, автоматические считыватели по-прежнему загружали память СПС-2 разнообразной информацией, а толпа математиков - в основном аспиранты - как и раньше топталась в саду, около металлической двери "резиденции".

Но туда их теперь не пускали. - Не решает. - отвечали создатели Агафона и щелкали автоматическим замком перед носом тех, кто не терял веры в детище Волкова. Об аналитических способностях Агафона в институте ходили легенды. СПС-2 производила расчеты в десятки раз быстрее своих собратьев.

Ответы ее отличались безупречной логикой и (если такие определения применимы к машине) находчивостью и остроумием. Об этом говорили в толпе детский электромобиль со склада в москве. Говорили также и о том, что Агафон-де свихнулся на теореме Ферма, подсунутой каким-то шутником.

Начал быстро, без раздумий бить текст, а потом споткнулся, выдал россыпь точек, затем четыре коротенькие формулы. Три из них были известны и представляли из себя последовательные ступени освоения купить среднее образование в москве вещества: обобщенная формула химических превращений, затем дефект массы, классическая полная в каком районе москвы родился марат сафин вещества, зато четвертая являла нечто несуразное, со значком, который не мог быть расшифрован иначе, как плотность вакуума.

Математики выслушивали эти полусплетни, понимающе трясли головами и замолкали, глядя на дверь резиденции. В центре двери красовался зеркально-желтый глазок, к которому достаточно было приложить палец, как замок тут же щелкал и дверь распахивалась. Горестным для аспирантов обстоятельством являлось то, что давно определенная вероятность повторения дактилоскопического узора у различных людей составляла бесконечно малую величину. А цену бесконечно малому аспиранты-математики хорошо знали. 2 На улице быстро темнело.

Далее

Комментарии:

24.07.2016 в 17:48 Смирнов М. Д.:
Мне кажется это блестящая мысль

01.08.2016 в 21:43 Кравченко О. М.:
Беспроигрышный вариант :)

05.08.2016 в 02:00 Бондаренко Г. В.:
По моему мнению Вы не правы. Я уверен. Могу это доказать. Пишите мне в PM, поговорим.

09.08.2016 в 17:30 Погорелкин Н. Н.:
Жаль, что это никоим образом меня